Признание премии недействительной сделкой не отменяет обязанностей налогового агента по НДФЛ и взносам

Суды признали недействительными как подозрительную сделку премиальные выплаты 32,3 млн руб. бывшему заместителю гендиректора завода-банкрота и одновременно "сторнировали" (прекратили) обязанность завода как налогового агента по уплате НДФЛ и страховых взносов, начисленных на эти суммы, хотя работник деньги в конкурсную массу так и не вернул.

Три инстанции признали сделку недействительной и прекратили налоговые обязанности завода, посчитав, что раз выплата признана неосновательным обогащением работника, она не подлежит налогообложению, а права кредиторов не должны зависеть от факта фактического возврата денег работником.

Последствием признания сделки недействительной по общему правилу является обязанность контрагента вернуть полученное (п. 2 ст. 167 ГК, ст. 61.6 Закона о банкротстве) — это касается только гражданско-правовых отношений между должником и контрагентом. Но вопросы возникновения, исполнения и прекращения налоговых обязанностей, включая обязанности налогового агента, не входят в предмет спора о недействительности гражданско-правовой сделки — они должны рассматриваться отдельно, в собственном налоговом споре, с участием налоговой службы как надлежащей стороны, и лишь после фактического возврата полученного по сделке с отражением этого в налоговом учёте. Суды, автоматически «сторнировав» налоговые обязанности завода как один из «последствий» недействительности сделки, вышли за пределы предмета банкротного спора. Судебные акты в части прекращения обязанностей завода как налогового агента отменены, в этой части в удовлетворении заявления отказано.