Мировое соглашение с погашением реестра третьим лицом не ущемляет кредитора по субсидиарной ответственности

Гражданин — председатель совета директоров и владелец 49,79% акций АО «Анкор Банк Сбережений». Минземимущество Татарстана (через ГУП) разместило в банке субординированный депозит 490 млн руб. В 2017 г. у банка отозвана лицензия, он признан банкротом (конкурсный управляющий — АСВ), депозит не возвращён. В 2018 г. гражданин выдал Министерству собственный вексель на 490 млн руб. в обеспечение возврата депозита; решением Вахитовского районного суда г. Казани от 30.09.2019 вексельный долг взыскан. Дело о банкротстве гражданина возбуждено 25.05.2020, банкротом признан 16.03.2021. Выдача векселя признана недействительной (постановление 9 ААС от 05.10.2022), но в пересмотре решения районного суда по новым обстоятельствам отказано. В деле банка основания субсидиарной ответственности гражданина доказаны, размер (по оценке АСВ — около 5,9 млрд руб.) не определён; требование банка в деле гражданина приостановлено. В реестре гражданина — 564 млн руб., из них 563 млн — требование Министерства. Суд утвердил мировое соглашение: ООО «Динамика» гасит реестровые требования, включая мораторные проценты и санкции, а права кредиторов к нему не переходят (п. 5 ст. 313 ГК РФ).

АС г. Москвы (21.10.2025) утвердил мировое соглашение, 9 ААС (26.01.2026) оставил определение в силе. АС Московского округа (18.05.2026) отменил их и отказал в утверждении: требование Министерства по сути спорное, так как вексельная сделка признана недействительной; нарушены права банка, чьё требование не рассмотрено и который рассчитывал на конкурсную массу; прекращение дела меняет период подозрительности и позволяет избежать оспаривания сделок должника в новом деле.

Постановление округа отменено, акты первой и апелляционной инстанций оставлены в силе. Решение районного суда не отменено и обязательно (ст. 13 ГПК РФ), поэтому требование Министерства не может считаться спорным. Соглашение не затрагивает конкурсную массу, полностью гасит реестр за счёт независимого от должника третьего лица, а отказ от перехода прав кредиторов снижает конкуренцию за массу — права банка не нарушены; откуда у третьего лица деньги, в предмет доказывания не входит. После более чем четырёх лет реализации отказ в утверждении переносит удовлетворение кредиторов за пределы разумного срока и нарушает баланс интересов. Банк вправе возбудить новое дело: если будет установлена значительная субсидиарная ответственность, должник всё это время был в объективном банкротстве, новое дело — продолжение прежнего, и периоды по ст. 61.2 и 61.3 считаются с возбуждения первого дела. По сделкам, о пороках которых знали не позднее трёх лет со дня открытия реализации, годичный срок давности (ст. 61.9) истёк; иные сделки можно оспорить в новом деле. Согласие должника не требовалось: по сути это исполнение просроченного долга третьим лицом (подп. 1 п. 2 ст. 313 ГК РФ). Резолютивная часть — 28.09.2026; судьи Разумов И.В. (председательствующий), Букина И.А., Самуйлов С.В.