Ликвидация кредитора сама по себе не основание исключать его требование из реестра

Требование кредитора было включено в реестр, затем кредитора заменили правопреемником. После внесения в ЕГРЮЛ записи о прекращении деятельности правопреемника конкурсный управляющий попросил исключить это требование из реестра. Общество, которому ликвидированный кредитор ранее уступил требование, обжаловало это по ст. 42 АПК РФ.

Первая инстанция исключила требование со ссылкой на п. 1 ст. 419 ГК РФ. Апелляция отменила это, так как уступка обществу препятствует исключению до решения вопроса о правопреемстве. Округ поддержал первую инстанцию, указав на аффилированность сторон уступки и долгое бездействие по замене кредитора.

Коллегия напомнила, что по п. 6 ст. 16 Закона о банкротстве исключение требования из реестра возможно лишь в исключительных случаях при безусловных обстоятельствах неправомерного нахождения требования в реестре. Прекращение деятельности юридического лица не влечёт выбытия его имущественных прав (ст. 128 ГК РФ): они могли быть уступлены по ст. 382, 384 ГК РФ или перейти участникам по п. 8 ст. 63 ГК РФ, кроме того, есть процедура распределения обнаруженного имущества по п. 5.2 ст. 64 ГК РФ. Неопределённость с личностью кредитора решается иначе: до замены его требование не учитывается при голосовании на собрании и при пороговых значениях (например, ст. 61.9 Закона о банкротстве). Постановление округа отменено, постановление апелляции оставлено в силе.